Как только стало известно о продлении базирования Черноморского флота в Украине на 25 лет в обмен на 30% скидку на российский газ (но не более чем на $100), информационное пространство Украины и РФ начало лихорадить. Политики и политологи двух стран уже сделали ряд заявлений как о предательстве национальных интересов, так и о чрезвычайно выгодной сделке. Украинская оппозиция инициирует созыв внеочередной сессии ВР. Длинный список достижений и «подводных камней» подписанных соглашений выяснял у экспертов «Главред». 

Виктор Небоженко, директор Социологической службы «Украинский барометр»: 

Это классика колониальных договоров: так обычно в 19-20 вв. Англия, Франция, Германия устраивали свои базы в колониях или слаборазвитых странах. Но это еще и классический пример старой обанкротившейся политики многовекторности: с одной стороны, привезти в Вашингтон 30 кг высокообогащенного урана, с другой – приехать в Харьков и предложить слегка разомлевшему Медведеву документ, который требует ратификации в парламенте.

Однако мы зря так много внимания уделяем справедливости этого договора. Та суетливость, скрытность и скорость, с которой оба президента подписали его в обход конституционной процедуры, делают договор малолегитимным. Им надо было обращаться в Госдуму, Верховную Раду, Конституционные суды, Советы национальной безопасности и хотя бы в Камбин.

Как ни странно, но в этой ситуации Янукович выглядит хитрее Медведева (донецкая хитрость в геополитике: «лоха грех не кинуть»): мы получим скидку на газ, а они получат бумажку, которую трудно назвать серьезным договором. Если принимается решение о досрочном продлении какого-то договора, то точно так же может быть принято решение о досрочном прекращении какого-то договора. Янукович подписал договор, превысив свои полномочия. Договор не прошел ратификацию в Верховной Раде, обсуждения в экспертном сообществе, на заседании СНБО.

Для внесения изменений в Конституцию по поводу продления базирования Черноморского флота в Севастополе нужно не простое, а конституционное большинство в Верховной Раде. И если его найти не удастся, то Янукович разведет руками и скажет Медведеву: «Что поделаешь? У нас в парламенте сидят патриоты, а не так, как у вас, только члены «Единой России». И это уже проблема Медведева. Цена этого документа чисто пропагандистская. Главное, не войдет ли Медведев во вкус, и не начнет ли он подписывать их каждый месяц. И тогда, конечно, мы начнем терять: и авиацию, и атомную промышленность, и подземные хранилища газа, и ГТС. Вполне возможно, что нас скоро склонят и к таможенному союзу.

Но где гарантии, что ничего не подозревающего Януковича не заставят в Брюсселе или Вашингтоне подписать договор с НАТО? И он будет симметричен договору с Медведевым.

Кость Матвиенко, эксперт корпорации «Гардарика»: 

Договоренность можно назвать «свинской», это прямое предательство национальных интересов, и если она будет ратифицирована парламентом, то Партия регионов поставит крест на себе как на политической силе. Пока Черноморский (фактически оккупационный) флот находится в Украине, точка невозврата для украинской государственности не пройдена: у РФ сохраняется возможность поглотить Украину, а Украина имеет шанс утратить государственность.

Думаю, в парламенте найдется достаточное количество голосов для ратификации этого международного договора (226 голосов). Для людей в правительстве нужно было решить вопрос сверхсрочно – это вопрос их прибыли в металлургической и химической сферах.

Что касается изменений в Конституцию, то в Верховную Раду было «спущено» уже столько «вещей», которые прямо противоречили Конституции, что и в данном случае будет то же самое. Россияне будут ссылаться на договор, подписанный и ратифицированный парламентом, а противники базирования флота будут ссылаться на Конституцию. Но победа останется за теми, кто будет ссылаться на соглашение, ратифицированное парламентом.

Евгений Минченко, генеральный директор Международного института политической экспертизы:  

Я бы не говорил здесь о сделке «флот в обмен на дешевый газ». Если даже сделанное накануне заявление Азарова о том, что Дубина (экс-глава «Нефтегаза». – Ред.) подписывал чистые листы бумаги на переговорах с «Газпромом» – это художественное преувеличение, из этого следует два ключевых момента. Когда Тимошенко в 2009 году подписывала газовые соглашения, для нее важно было убрать Фирташа, спонсора Януковича, из газовых схем, а также получить 11 млрд. кубометров газа, которые находились в хранилищах. При этом оговаривался вопрос по флоту в контексте геополитической поддержки на выборах. И если предельно «огрубить» ситуацию, то Янукович был связан этими обязательствами Тимошенко. Что касается соответствия подписанных соглашений Конституции Украины, то у меня есть, как минимум, два заключения международных экспертов о том, что они не противоречат Основному Закону, поскольку оговорка о нахождении в Украине российских баз находится в переходных положениях Конституции.

Михаил Погребинский, директор Киевского центра политических исследований и конфликтологии:  

Я считаю неправильным сводить вопросы газа и флота в одну плоскость. Это не одномерная договоренность: вы нам – продление пребывания флота, а мы вам – дешевый газ. Это новое многомерное пространство украино-российских отношений. Украина демонстрирует готовность учесть символические интересы РФ. Дело в том, что Черноморский флот имеет более символическое, нежели практическое, значение. По своему потенциалу он уступает как минимум турецкому флоту – а ведь есть еще и румынский, и другие НАТОвские силы. Но надо изучить, о чем конкретно Украина сможет договориться относительно Севастополя – и по вопросу цены пребывания флота, и по экологическим и социальным вопросам и т.д. Неправильно говорить, что мы в обмен на дешевый газ получаем себе на голову такую беду, как ЧФ в Севастополе. Более того, я вообще не считаю это никакой «бедой». Флот России не угрожает Украине, как не угрожает он никому вообще (по названным мною выше причинам), он берет на себя целый комплекс социальных обязательств по Севастополю. Украина сейчас нормализует атмосферу отношений с Россией, что может быть гораздо важнее, чем конкретные договоренности по цене на газ. Этот новый формат отношений позволяет ожидать некоторого синэргетического эффекта, когда одного только изменения атмосферы может быть достаточно для того, чтобы продвинуться по целому ряду вопросов, которые представляют совместный экономический интерес, к примеру, развития самолетостроения.

Вадим Карасев, директор Института глобальных стратегий:  

Во-первых, мы получили дешевый газ, но для кого? Для собственников промышленных активов, тесно связанных с нынешней властью! Но в целом для страны, для государства, для нации это очень дорогой газ, поскольку мы предоставляем гарантии пребывания российского флота в Крыму на много лет. Это значит, что военно- и военно-политически мы будем привязаны к России. Возможно, кто-то в этом опасности не видит. Но дело в том, что как минимум половина Украины видит в этом проблему. Тут не важно, кто прав и кто виноват. Это решение не усилит согласие в обществе, а наоборот, еще больше углубит трещины в нем. Особенность Украины в том, что в ней всегда был дефицит консенсуса. Нынешняя власть победила на лозунгах о том, что страну раскалывала власть предыдущая. Но сегодняшние решения раскалывают страну гораздо больше, чем вопросы Голодомора или присвоения звания Героя Украины Степану Бандере. Ведь здесь речь идет не о прошлом, а о будущем, по крайней мере, на ближайшие десятилетия. Россия выиграла трижды: она получила флот в Севастополе, она привлекла Украину в сферу своего военного притяжения - теперь у России вряд ли будут сомнения относительно вступления нашей страны в НАТО. Третий выигрыш – раскол в Украине станет более сильным. Нам власть обещала сильную Украину – и Президент Янукович, и вице-премьер Тигипко. А вместо сильной Украины мы получим непонятно какую Украину в геополитическом плане. А страна, которая не имеет геостратегических позиций, не будет иметь и сильных позиций в экономике. Мы выиграли тактически, удешевив газ, но стратегически мы проиграли.

Алла Присяжнюк, Милан Лелич