Год назад по пустой Москве мчался кортеж дорогих автомобилей – президент Владимир Путин спешил на свою уже третью инаугурацию в Кремль. Кадры затихшей и насторожившейся Москвы облетели всю страну и весь мир. Накануне того дня прошел митинг несистемной оппозиции, впервые вылившийся в ожесточенное столкновение с полицией. За год ситуация кардинально изменилась – нет тех митингов, их лидеры, когда-то предъявлявшие требования режиму, теперь пытаются отбиться от претензий правоохранительных органов, а над прошлым главой государства Дмитрием Медведевым нависла угроза отставки. Корреспондент АиФ.ru с помощью политологов зафиксировал основные изменения в политической жизни страны, произошедшие с 7 мая 2012-го.

Конец дуумвирата

«Тандем» - этот термин прочно закрепился за 4 года медведевского президентства. Президент и премьер с 2008 по 2012 год были если не равновеликими, то очень близкими по уровню влияния фигурами. Никому и в голове не приходило, к примеру, предполагать отставку правительства Путина или ждать от Медведева серьезной критики в адрес кабинета министров.

Стоило Дмитрию Медведеву сменить Путина на премьерском посту, тандем де-факто прекратил свое существование.
«Один из главных трендов первого года президентства Путина – тот факт, что в России больше нет режима соправления. Управляет реально фактически и юридически один человек – Владимир Путин. Вместо диархии последних лет настала иерархия», - констатирует политолог, замдиректора Центра политтехнологий Алексей Макаркин.

Гендиректор коммуникационного холдинга «Минченко Консалтинг» Евгений Минченко подчеркнул – сложилась новая модель управления, где фактически размыты границы между правительством, администрацией президента и другими структурами. «В своем исследовании мы такую систему управления назвали «Политбюро 2.0» или «большое правительство Владимира Путина». Владимир Владимирович в ходе своей недавней прямой линии подтвердил нашу гипотезу, зафиксировав тот факт, что Кудрин, не занимая никаких постов, реально является куратором финансового блока правительства», - пояснил Минченко.

Член Высшего Совета «Единой России», гендиректор «Агентства политических и экономических коммуникаций» Дмитрий Орлов назвал сложившуюся систему «новым моноцентризмом». «Единственным центром принятия наиболее важных решений стал вновь Путин. Остальные центры в той или иной степени автономизированы, и они борются за уровень автономии», - подчеркнул политолог.

Конец несистемного протеста

Эксперты сходятся во мнении, что политика Владимира Путина на протяжении этого года была реактивной. Президент отвечал как на требования, озвученные в ходе протестных акций, так и на те запросы, которые еще не были высказаны в столь ультимативной форме.

«Прежде всего, Путин дал ответ на запрос качества и эффективности власти, который сформулировали граждане. Если его первый срок – это ответ на запрос на порядок, Путин 2.0 – это ответ на запрос на стабильность, то Путин 3.0 – это ответ на запрос на качество и эффективность власти», - заявил Орлов.

По мнению Евгения Минченко, президент решил ответить каждой из выражавших недовольство групп отдельно.
«Реактивный курс включает в себя разные типы тактики по отношению к разным группам протестующих. К радикалам – полный отказ от диалога и жесткое подавление. К умеренным либералам – наоборот, включение их в правящую коалицию, сохранение даже таких одиозных фигур, как Чубайс. По отношению к социальному протесту – социальный популизм и увеличение финансовых выплат различным группам населения, в том числе покупка лояльности силовых структур. По отношению к умеренным националистам – использования их риторики», - объяснил Евгений Минченко.

Путинский рецепт борьбы с протестами – сочетание популизма и консерватизма, считает политолог, лидер РПР-Парнас Владимир Рыжков. «Он применяет к оппозиции кнут: уголовные дела, проверки неправительственных организаций, дискредитация оппозиции.

И тут же предлагает пряник: вернулись выборы губернаторов, пусть и в таком усеченном виде, свободная регистрация партий, обещаны одномандатные округа на следующих выборах в Госдуму. Он пытается так успокоить митинговую среду, запугивая людей и открывая им двери для участия в выборах одновременно», - считает политик.

Подобными «пряниками», по мнению Орлова, Путин за год «практически покончил с феноменом несистемной оппозиции». «У оппозиции нет проблем с тем, чтобы участвовать в политической жизни. Каждый, кто имеет реальную общественную поддержку и стремится действовать в нормальном политическом поле, а не разрушать систему, может спокойно функционировать», - отметил Орлов, подчеркнув, что часть бывших представителей несистемной оппозиции приняла новые правила игры.

Конец «бурного роста»

Вызовом третьего срока Владимира Путина стала неутешительная ситуация в финансовой сфере. За первый квартал 2013 года экономика страны выросла лишь на 1,1%, и дальнейшие прогнозы экономистов не слишком оптимистичны. Рыжков уверен, что экономические проблемы - следствие неудачной попытки решить проблемы политические.

«Популистские обещания президента надо оплачивать, а денег нет. Чтобы обеспечить эти расходы, правительство Путина резко подняло налоги, особенно на малый и средний бизнес. Продолжается ухудшение делового и инвестиционного климата: давление на бизнес растет – как по линии налогов, так и по линии правоохранительных органов. В результате экономика замедляется: деньги бегут из страны. Так что здесь, в экономике, нарастают трудности, и это результат усиления внутренней политики», - отмечает Рыжков.

Конец «монополии «Единой России»»

Изменения коснулись и региональной политики. В минувший год, в преддверие возвращения губернаторских выборов, президентская администрация произвела ряд отставок и назначений в губернаторском корпусе. По словам Минченко, интересным отличием назначений во время третьего срока Путина стало использование кадров парламентской оппозиции.

«Мы видим, что новые главы регионов демонстрируют достаточно высокий уровень конфликтности и возникают сложности во взаимоотношениях местной элиты и губернаторов-варягов. Конкурентность внутри регионов начала расти, и тут можно отметить интересный тренд политики федерального центра. Если раньше у нас была однопартийная логика, то сейчас мы видим, что поощряется включение в региональные администрации представителей других партий.

Например, в Ханты-Мансийском округе политический блок возглавил представитель «Справедливой России», - отметил политолог.

Напомним, что в 2013 году губернаторское кресло получили «Справедливая Россия». В Забайкальском крае и.о. главы региона был назначен справоросс Константин Ильковский.