Вечером 23 марта появились сообщения о смерти Бориса Абрамовича Березовского (БАБ) — экс-замсекретаря Совета безопасности, бизнесмена, олигарха и политика. Версии о причинах смерти разнятся: кто-то говорит о самоубийстве, кто-то заявляет об инфаркте. Его гибели предшествовали разорительные судебные процессы и покаянное письмо. Воспоминания, размышления, сожаления и порицания коллег и современников Березовского — в материале АиФ.ru.

Ксения Собчак, телеведущая, член Координационного совета оппозиции:
Теперь, когда Березовского не стало, на кого будет спихивать все беды России наша власть? Бедный Госдеп — теперь ты один за всех. <...> Добровинский (адвокат Бориса Березовского - прим. редакции) пишет что Березовский покончил собой. Пока — не верю.

Людмила Нарусова, экс-член Совета Федерации, бывшая супруга Анатолия Собчака:
То, что Березовский привёл Путина в Кремль, это абсолютное враньё! За Путиным стояли другие люди! Те, которые не стояли за Горбачёвым и Ельциным.

Алексей Чадаев, экс-руководитель политдепартамента центрального исполкома «Единой России»:
Помню, как в августе 98-го Борис Абрамович бегал по коридорам Белого Дома и рассаживал там людей, непрерывно при этом разговаривая по одному-двум из трех мобильных телефонов. Я ехал с ним в лифте на 6 этаж и навсегда запомнил то впечатление: он был тогда похож на рехнувшийся компьютер. Собственно, ощущение бессилия — вот, пожалуй, тогда было самое основное. Но он-то, наоборот, казался в своем безумии почти всесильным, и, честно говоря, кулаки-то сжимались.

<...> Пришел Примус (Примаков — прим. ред.). А потом он принялся выпиливать Примуса при помощи Путина и... выпилил. На свою голову.

Он, конечно, тоже в первооснове безнадежно травмированный Перестройкой совок. Его эта травма сделала комбинатором — изощренным, хитрым, беспредельно жестоким и целеустремленным; но за всеми этими брутальными качествами все равно проглядывал растерянный советский научный сотрудник. Этого было не спрятать.

Алексей Макаркин, политолог, первый вице-президент Центра политтехнологий:
Березовский был человеком промежуточного времени, который не мог встроиться в любую систему с более-менее определенными правилами игры. Он хотел играть, комбинировать, быть кингмейкером, в разное время ставил то на либералов, то на националистов, но остался в политическом одиночестве.

<...> Наверное, очень тяжело, будучи активным и дееспособным человеком, ощущать свою невостребованность. <...> Он боролся с Кремлем, но был выгоден ему как демонизированная фигура, на которую можно возложить ответственность за что угодно.

И еще — у Гусинского было «старое» НТВ, у Ходорковского — ЮКОС. У Березовского этого не было, а были «приватизированные менеджеры», лоббистский ресурс и... все. Печально.

Борис Немцов, сопредседатель РПР-Парнас, первый вице-премьер правительства РФ во времена «эпохи Березовского»:

Умер Борис Березовский. Очень неординарный и яркий человек, идеолог олигархического капитализма, который привел к власти Путина как деньгами, так и огромной медиа поддержкой. Яркие люди бывают со знаком плюс, а бывают и отрицательными героями. Для меня Борис Абрамович скорее герой отрицательный.

Евгений Минченко, политолог, президент холдинга «Минченко Консалтинг»:
Земля пухом. Можно по разному относиться к этому человеку. <...> Это был один из моторов российской политики в то время. Испытываю к нему большое уважение, как к комбинатору, и в то же время неприятие того, что Березовский делал, с этической точки зрения.
Он сделал много технологических ошибок после 2000 года. Но это был Игрок с большой буквы. Он сделал новую, неверную ставку и проиграл. Политика — это жесткая игра для жестких людей...

Эдуард Лимонов, писатель, председатель коалиции «Другая Россия»:
Как у любого крупного человека эпохи, в нем было положительное и отрицательное. Человек был большой, сильный и интересный.

Алексей Венедиктов, главный редактор «Эхо Москвы»:
Большинство <...> представляет Бориса Абрамовича, как я понимаю, мифологическим персонажем, типа Геракла или наоборот, какого-нибудь Аида.

На самом деле, Борис Абрамович мог создавать свой образ, и он таким образом его поддерживал, вполне мифологического персонажа, такого Мефистофеля. Его зря демонизируют. Борис Абрамович был вполне понятным человеком. <...> Он специально, настойчиво, я бы сказал настырно, создавал этот образ. И это ему удалось. В историю он таким и войдет.

Александр Архангельский, писатель, публицист:
Умер Борис Березовский. Что бы мы про него ни думали (а в день смерти либо хорошо, либо никак), он был ключевой фигурой ушедшей эпохи. Эпохи исторической, авантюрной, смелой, подлой, масштабной, мелочной и безоглядной. Про таких людей при жизни говорят раздраженно, а после смерти пишут книги и снимают кино.

Грандиозный плутовской роман окончен.