«Вертикаль власти» – политтехнологический штамп, на самом деле страной управляет коллективное «Политбюро», в котором президент Владимир Путин является влиятельным арбитром, заключили политологи из «Минченко Консалтинг». «Политбюро» реализует инерционный сценарий, но на случай кризиса готово предложить либеральный, левый и реакционный.

«Российская власть отнюдь не является жесткой вертикальной структурой, управляемой одним человеком», сказано в докладе «Большое правительство Владимира Путина и «Политбюро 2.0», подготовленном коммуникационным холдингом «Минченко Консалтинг» . Доклад будет представлен во вторник, уточнил глава холдинга и Международного института политической экспертизы (МИПЭ) Евгений Минченко.

При подготовке доклада были опрошены более 60 экспертов – чиновников, бизнесменов и т. п., знакомых с процессом принятия решений в стране, говорит один из авторов доклада Евгений Минченко. «В силу специфики» опрос экспертов был анонимным, его целью было «создание непротиворечивой модели неформальной системы принятия решений, сложившейся после завершения электорального цикла 2011–2012 годов и принятия кадровых решений по новому составу российского правительства и администрации президента».

Поводом для написания доклада стал опыт, полученный при консультировании регионального бизнеса и элит, рассказал «Газете.Ru» Минченко: «Часто возникают ситуации, когда вроде бы идешь по процедуре, и ничего не работает. А начинаешь идти по схеме «Политбюро 2.0», и процесс лоббирования проходит гораздо легче», – пояснил эксперт.

«Политбюро 2.0» авторы доклада назвали правящую элиту современной России. Согласно их выводам, процесс руководства этого коллективного органа «нацелен в первую очередь на поддержание сложившегося межкланового баланса».

Новое российское «Политбюро» сформировалось в 2000-е годы, по итогам перераспределения ресурсов от олигархических кланов в пользу силовиков, разрушения медиаимперий и ликвидации большинства региональных режимов, действовавших в логике феодальной вольницы, описывают эксперты.
Появлению этой модели власти способствовало создание госкорпораций, отмечено в докладе. «Российская власть — это конгломерат кланов и групп, которые конкурируют друг с другом за ресурсы. И роль Владимира Путина в этой системе остается неизменной – это роль арбитра и модератора». Путин – влиятельный арбитр, его слово в конфликтных ситуациях, «по крайней мере пока, остается решающим», заключают эксперты.

Сфера прямого контроля Путина – вопросы долгосрочных газовых контрактов, управление газовой отраслью (собственно, «Газпромом»), а также системообразующие банки – ВЭБ, ВТБ и Сбербанк.

«Политбюро 2.0» не собирается на общие совещания, а формальный статус его членов не всегда соотносится с реальным влиянием на процесс принятия решений, описывают эксперты. Вокруг этого нового «Политбюро» сформировалось несколько элитных кругов – «силовой», «политический», «технический» и «предпринимательский», которые, с одной стороны, являются опорой для «Политбюро», а с другой — соперниками за влияние.

В докладе МИПЭ перечислены «полноправные члены «Политбюро 2.0» – лидеры крупных элитных групп.

Так, лидером одной из групп и членом нового «Политбюро», в частности, назван экс-президент, премьер-министр Дмитрий Медведев.
Он растерял значительную часть «коалиции второго срока», но получил возможность создать собственную группу с самостоятельной экономической базой и партией «Единая Россия», указывают эксперты. Медведеву временно пришлось отказаться от политических амбиций, а его группа утратила влияние на ФСИН и МВД (после отставок «медведевцев» экс-главы ФСИН Александра Реймера и экс-замминистра МВД Валерия Кожокаря). Тем не менее в силу аппаратной позиции Медведев «неизбежно будет выступать центром притяжения для конкурирующих бизнес-групп», говорится в докладе МИПЭ. В числе сторонников Медведева эксперты называют генпрокурора Юрия Чайку, а также вице-премьеров Владислава Суркова и Игоря Шувалова. «Группа Медведева» может блокироваться с «семейной» группой (представители семьи и окружения первого президента России Бориса Ельцина), группой (братьев) Ковальчуков, отмечается в докладе.

Еще одну группу в «Политбюро 2.0» возглавляет нынешний глава администрации президента Сергей Иванов, он сохранил статус доверенного лица Владимира Путина, его роль – обеспечение внутриэлитного баланса в администрации президента, считают авторы доклада.
Лидер еще одной группы в новом «Политбюро» – Игорь Сечин, влияние которого неформально, но обширно. Сечину, стремящемуся стать основным игроком в сфере ТЭК, противостоят не только частные компании, но и Геннадий Тимченко и Юрий Ковальчук, выяснили эксперты. Тандем Тимченко и Ковальчука, составляющий еще одну группу влияния, после рокировки Медведева и Путина «скорее потерял, чем приобрел, количество аффилированных с ним людей во власти сократилось», отмечено в докладе.

Группа Сергея Чемезова главенствует в сфере ВПК, говорится в докладе. Политический проект «рабочие Уралвагонзавода за Путина», запущенный в период президентской избирательной кампании, – проект этой группы. Собственные группы у мэра Москвы Сергея Собянина и первого замглавы администрации президента Вячеслава Володина.

Володин монополизировал сферу политического менеджмента и имеет серьезное влияние в Госдуме, но у его группы нет серьезной экономической базы и он чужой в питерской команде, считают эксперты.
Кандидатами в члены «Политбюро» эксперты называют Сергея Нарышкина и Игоря Шувалова, Алексея Кудрина, Аркадия Ротенберга, Николая Патрушева, Владислава Суркова, Александра Волошина, Романа Абрамовича (перешел из членов «Политбюро» в кандидаты из-за переноса центра своей активности из России на Запад).

«Секретариат ЦК» составляют эксперты, лично завязанные на Путина. В экономической сфере это Эльвира Набиуллина и Игорь Шувалов, в сфере международных отношений – Сергей Лавров, в медиасфере – Алексей Громов и Дмитрий Песков, в сфере регионального развития – Александр Хлопонин, Владислав Сурков и Дмитрий Козак.

В политический блок кандидатов в «Политбюро 2.0» эксперты включили идеологов либерального курса Кудрина, Волошина и Анатолия Чубайса, а также «государственника» патриарха Кирилла.
В тот же круг включены представители «системной оппозиции», «так как никто из них реальной борьбы за власть не ведет», все ведут с властью «торг разной степени успешности».

Пока наибольшие дивиденды в виде кадровых назначений приближенных к нему людей получил миллиардер и экс-кандидат в президенты Михаил Прохоров, отмечают эксперты: Ольга Голодец была назначена зампредом правительства России, а Сергей Ерощенко – губернатором Иркутской области.

«Фактор личного контакта с президентом Путиным является мощным конкурентным преимуществом для всех участников «Политбюро 2.0», отмечено в докладе.
Этим, в частности, объясняется высокий лоббистский потенциал руководителей Службы безопасности президента Виктора Золотова и ФСО Евгения Мурова (их эксперты включили в «кандидаты в члены» «Политбюро»).

Губернаторы – «кандидаты» в члены «Политбюро» – Георгий Полтавченко, реализующий в Петербурге проект «православного чекизма», Сергей Шойгу (проект «авторитарный популизм» в Московской области), Рустам Минниханов (проект «пантюркизм» и умеренный исламизм в Татарстане), считают авторы доклада.
Возвращение Путина в Кремль не добавило «Политбюро 2.0» устойчивости, «так как образующие его группы нацелены на воплощение противоположных сценариев развития ситуации». При этом в кризисный сценарий и «перезагрузку» коллективного органа власти напрямую не играет ни одна из групп, считают авторы доклада. Хотя потенциальные бенефициары такого сценария развития событий есть – это «семейная» группа, готовая делегировать Волошина или Кудрина, и группа Собянина. Тем не менее выстроенная в настоящее время управленческая система нацелена на реализацию инерционного сценария, делают вывод эксперты. На случай кризисных явлений подготовлены две площадки – праволиберальная и левая, патриотическая.

Праволиберальную поляну должны будут захватить Прохоров и Кудрин, на левой может появиться Общероссийский народный фронт, созданный в ходе предвыборной кампании Путина, или вице-премьер Дмитрий Рогозин.
«Существует вероятность победы реакционного сценария, предлагающего «радикальное оправославливание» власти, силовое подавление оппозиции и курс на противостояние Западу. Однако, учитывая… задачи российской элиты, вероятность этого сценария невелика или время его реализации будет непродолжительным», резюмируют авторы доклада.