В пятницу в Кремле состоялся Госсовет, на котором обсуждалось политическое развитие нашей страны. Дмитрий Медведев раскритиковал монополию «Единой России» и призвал власти теснее взаимодействовать со всеми другими партиями. Главным же последствием заседания (во всяком случае так совпало) стал уход в отставку президента Татарстана Минтимера Шаймиева.

Непосредственно перед заседанием Госсовета в Кремле его участники терялись в догадках по поводу того, насколько радикальные предложения на нем прозвучат. «Давайте подождем и послушаем», – такой стандартный ответ звучал и от губернаторов, и от лидеров политических партий. Дмитрий Медведев начал свой доклад оптимистично. Он отметил, что наша политическая система, хотя и далеко не идеально, но работает. А влияние партий, несмотря на то, что их стало значительно меньше (в 2004 году – 48, сегодня – 7), значительно повысилось.

Однако на этом «позитив» практически исчерпался. Президент выразил недовольство по поводу монополии «Единой России». «Одна фракция для любого региона – это слишком мало, на мой вкус, – констатировал глава государства. – Там все равно есть люди с другими взглядами, которые голосуют за другие партии. Может быть, и две недостаточно». Он сомневается, например, насколько полно отражают две фракции в Мосгордуме все многообразие пристрастий москвичей. В других регионах политического многообразия не намного больше. Почти половина всех депутатов в законодательных собраниях страны – «единороссы». Коммунисты занимают не более 2% мест в муниципальных законодательных собраниях, «Справедливая Россия» – около 1 %, ЛДПР – менее 1%.

«Такая ситуация удивительна, – констатировал президент. – Она говорит о том, что реальная политическая конкуренция там просто отсутствует». Дмитрий Медведев отметил, что власти должны взаимодействовать со всеми партиями, даже если они набрали мизерное количество голосов избирателей. Вместе с тем он достаточно жестко попросил воздержаться от критических заявлений в адрес избирательной системы в целом, если это не касается отдельных нарушений.
С большим интересом ожидался доклад губернатора Калининградской области Георгия Бооса, но он участников собрания разочаровал: в нем не было ни одного конкретного предложения, а только краткая характеристика текущей политической ситуации. Позже г-н Боос объяснил это «НИ» тем, что подготовленный доклад очень большой, в нем 50 страниц, а за 10 минут был сделан лишь краткий обзор. Ничего особенно запоминающегося не рассказали и политические лидеры. На этот раз в Кремль пригласили глав не только парламентских партий, но и трех оставшихся за думским порогом. Геннадий Зюганов сосредоточился на исках, которые подаются против КПРФ за критику действующей власти. Владимир Жириновский предложил принять закон, который бы определил, что одна партия не может занимать в парламенте более 40% мест. Председатель «Яблока» Сергей Митрохин озвучил идею запретить практику включения в избирательные списки «паровозов», снизить проходной барьер в Госдуму с 7 до 5 %, а также снять запреты на участие в избирательных кампаниях для общественных объединений. А сопредседатель «Правого дела» Георгий Бовт предложил вернуться к практике выборов в Совет Федерации, а также проводить народное голосование при назначении участковых милиционеров.

На защиту правящей партии решительно встал Владимир Путин. Первоначально его выступление не планировалось, сидя рядом с президентом, премьер все время что-то записывал. И, видимо, прозвучавшая с трибуны Госсовета критика ЕР настолько его задела, что промолчать он не смог. Когда все выступления закончились, Дмитрий Медведев объявил: слово предоставляется лидеру «Единой России» Владимиру Путину, хотя от партии до этого уже благополучно выступил Борис Грызлов.

Премьер не согласился с тем, что у «Единой России» есть монополия на власть. «Если бы так было, то в условиях кризиса мы бы действовали совсем иначе. Мы бы заморозили пенсии, зарплаты – такова логика рыночной экономики, – констатировал глава правительства. – Мы же поступаем наоборот. Так что заявления подобного рода считаю некорректными». Он также уточнил, что чиновники, находящиеся у власти, – это совершенно не каста неприкасаемых. Доказательством служат примеры уголовного преследования, доведенного до суда, в том числе и в отношении руководителей регионов, принадлежащих партии власти. Успокоил премьер и представителей оппозиции, жаловавшихся на притеснения за критику власти, отметив, что преследований за их взгляды не будет. Но в то же время не смог удержаться от того, чтобы не напомнить собравшимся: в советские времена политические преследования были несравненно серьезнее. Например, существовала пресловутая статья за антисоветскую деятельность. «Еще Зощенко писал: «Говорят, слово – не воробей, вылетит – не поймаешь, – процитировал писателя Владимир Путин. – А у нас – догонят, поймают и посадят. Все это в нашей жизни, к сожалению, было».

В заключительном слове Дмитрий Медведев решил примирить всех оппонентов. «В обозримой политической перспективе, в достаточно короткой перспективе, мы будем иметь современную политическую систему, за которую никому из нас стыдно не будет, но которую мы всё равно будет критиковать именно потому, что не бывает абсолютно раз и навсегда установленных схем», – проявил оптимизм президент.

«Особого противоречия между позицией президента и премьера по поводу «Единой России» я не вижу. Дмитрий Медведев ведь тоже раскритиковал оппозиционные партии за их слабую активность. Так что расхождения в высказываниях Путина и Медведева – это только нюансы», – прокомментировал «НИ» возникший на Госсовете спор руководитель Международного института политической экспертизы Евгений Минченко. А заместитель руководителя Института социальных систем Дмитрий Бадовский полагает, что Дмитрию Медведеву было важно отправить сигнал оппозиционным партиям, что они тоже нужны, что они тоже важны. «Особенно это актуально после скандала на последних выборах. Кроме того, президенту было необходимо донести до губернаторов, что злоупотреблять своей властью им не стоит», – сказал эксперт «НИ».

На заседании Госсовета присутствовал, заметим, президент Татарстана Минтимер Шаймиев. Он активно участвовал в обсуждении, выглядел бодрым и энергичным. Однако через несколько часов, встретившись с Дмитрием Медведевым, он заявил о своем решении подать в отставку и попросил главу государства не рассматривать его кандидатуру на пост главы региона на новый срок. Дмитрий Медведев с его позицией согласился. И сообщил, что будет рекомендовать Госсовету Татарстана наделить полномочиями главы республики нынешнего председателя ее правительства Рустама Минниханова.
Налицо преемственность власти, считает директор Института национальной стратегии Станислав Белковский: «Ясно, что отставка Шаймиева не была простым решением. Назначение его преемником премьер-министра Татарстана Рустама Минниханова – человека, безусловно, из шаймиевской команды – есть плод компромисса. Однако сам уход старожила нашей политики неизбежен. Минтимер Шаймиев все-таки представляет совершенно другую эпоху». А заместитель директора Института социальных систем Дмитрий Бадовский считает: «Отставка Шаймиева означает, что судьба других ветеранов губернаторского корпуса тоже, скорее всего, решена, и они на новые сроки вряд ли смогут претендовать».
Политологи не склонны оценивать это решение как прямое последствие Госсовета, однако и на сам факт такого совпадения нельзя не обратить внимания.

Надежда Красилова