Первый индекс был опубликован 21 декабря 2010 года. Во втором выпуске количество анализируемых городов увеличено с 100 до 200. Отбор и сортировка проводятся по численности населения – с 3-го (Новосибирск) до 202-го (Ессентуки). Позиции глав двух крупнейших городов – Москвы и Санкт-Петербурга – исследуются в регулярно публикуемых Рейтингах политической выживаемости губернаторов. 

 Основные тенденции, связанные с деятельностью глав городов

 Анализ деятельности руководителей крупнейших городов позволяет говорить о признаках содержательного кризиса, с которым столкнулась заявленная российским руководством весной 2011 года задача децентрализации. Хотя этот проект не встретил серьезной публичной критики в элитной, экспертной и медийных средах, большинство губернаторов и глав городов не являются заинтересованными участниками этой политики ни с точки зрения разработки содержания, ни в части стремления стать проводниками децентрализации на отдельных территориях. Бюджетная и политическая зависимость от федеральной власти, акцентированный отказ от формулирования собственной политической позиции, стремление выдерживать баланс между имеющимися ресурсами и балансом ответственности, отсутствие достаточного общественного запроса побудили губернаторов и глав городов пассивно отнестись к указанной инициативе. По сути принято решение выжидать, определяя, готов ли федеральный Центр четко и недвусмысленно показать восприятие задач децентрализации в качестве приоритетных. Это создает стереотип о безынициативности нынешней генерации российской региональной элиты и ее немотивированности к получению дополнительных полномочий. Серьезного же роста значимости муниципальной политики в глазах федерального Центра за последний год так и не наблюдается. Если во время глобального кризиса внимание Москвы время от времени концентрировалось на отдельных муниципальных образованиях (прежде всего – на моногородах), то сейчас ключевой единицей экономического развития по-прежнему воспринимается субъект Федерации.

Все это, впрочем, не означает, что политический процесс внутри крупнейших муниципальных образований развивался по заданной из центра схеме. Наоборот, возникает множество коллизий и конфликтных ситуаций, создававших во многих городов уникальную среду, собственное соотношение сил между элитными группами, партийными структурами, властными институтами. А отказ от публичного педалирования темы децентрализации сопровождался стремлением усилить собственное влияние на принятие касающихся территорий решений. Это ярко проявилось в ходе внутрипартийных праймериз «Единой России», которые во многих российских регионах стали поводом к резкой активизации местных элит. Их усилия по воздействию на списки «выборщиков» и формированию ситуативных коалиций привели к конкуренции «федеральных» и «региональных» кандидатов (чаще заканчивавшейся победой последних), а нередко и противопоставлением «муниципальных» претендентов «губернаторским спискам».  

Ценность праймериз «Единой России» как  одной из немногочисленных относительно публичных площадок возрастает в условиях дальнейшего снижения прозрачности политики замены глав муниципальных образованиях. В целом ряде городов (Волгоград, Калуга, Кострома, Петропавловск-Камчатский, Улан-Удэ, Братск, Бийск, Королев) за время с момента выхода предыдущего Индекса произошла отмена прямых выборов глав городов.

Тем не менее, говорить о полном принятии этой схемы всеми территориями отнюдь не приходится. Из 200 городов, анализируемых в рамках Индекса, в 107 (включая миллионники Новосибирск, Самару, Омск, Ростов-на-Дону) удалось сохранить схему прямых выборов. Попытки отмены выборов встречают все большее сопротивление местных элит. Серьезным моральным симулом  для сторонников сохранения прямых выборов стала критика в адрес практики насаждения института сити-менеджеров со стороны министра регионального развития Виктора Басаргина, а также отдельных губернаторов. Как проблема все чаще осознается появление феномена “серых кардиналов” (нередко в должности вице-мэров), взявших на себя принятие ключевых решений в условиях неурегулированности отношений между главами и сити-менеджерами (яркий пример – Екатеринбург).

Главы муниципальных образований остаются в двойственном положении. Индекс их политического влияния редко поднимается выше “четверки” по 5-балльной шкале, поскольку принятие многих решений берут на себя губернаторы. Все реже мэры попадают в списке кандидатов на пост глав региона. Конфликты мэров и губернаторов порой завершаются “нулевым вариантом” – отставкой обоих фигурантов (как это было в Петропавловске-Камчатском). Однако в отдельных случаях главы областных центров эффективно противостоят прессингу региональных властей, демонстрируя чудеса политической выживаемости (Омск, Владивосток). Подчеркнуто силовые и жестко административные способы замены мэров постепенно уходят в прошлое. В 2011 году смена власти по “жесткому” сценарию имела место в Волгограде, Королеве, Бийске, Братске, Петропавловске-Камчатском. Однако в большинстве случаев скандальность обстоятельств замены мэров заметно уступала прошлогодним сменам “на грани фола” мэров Благовещенска и Барнаула. Что же касается правоохранительных органов, они охотнее переключаются с глав муниципальных образований на вице-мэров (Екатеринбург) и губернаторов (дело главы Тульской области Вячеслава Дудки, расследование которого было продолжено даже после его вынужденной отставки).

Приближение федеральных выборов способствует усилению встраивания глав муниципальных образований в “Единую Россию”. Членство в оппозиционной партии, а подчас и беспартийность значительно снижают статус и влияние руководителя города. Оборотной стороной этого процесса порой становится фактическая перестройка работы местных парторганизаций “ЕР” на обслуживание интересов действующего мэра.

 Статистика

 В первом выпуске Индекса анализировалось политическое влияние 139 мэров, глав и сити-менеджеров 100 крупнейших российских городов. 

 * Как правило, «хорошисты» и «отличники» покидали свои посты на существенно более комфортных условиях, чем «двоечники».

 Ключевые критерии оценки политического влияния глав городов

•  Личная популярность и способность к политическому менеджменту;
• Способность сбалансировать элитные конфликты;
• Срок полномочий (приближение окончания  является одной из причин снижения оценки);
• Продолжительность пребывания в должности (с учетом установки федеральных властей на кадровую ротацию);
• Контроль над принятием решений (эксперты рейтинга стремились давать разные оценки главе города и сити-менеджеру, чтобы определить, кто из них воспринимается в городе как «главная» фигура);
• Отношения с губернаторами. Зависимость мэров от глав регионов продолжает возрастать. Тем не менее, как показывает опыт руководителей Омска и Владивостока, конфликт с региональной администрацией не обязательно влечет за собой немедленную отставку;
• Результаты на праймериз. В целом хорошие результаты являются позитивным знаком. Однако в отдельных случаях выборы в Госдуму могут служить инструментом для замены главы через перевод его в федеральный парламент (Красноярск, Ярославль);
• Федеральное поощрение (присутствие в кадровом резерве, участие в крупных мероприятиях федерального уровня);
• Серьезность претензий со стороны правоохранительных органов;
• Отсутствие отрицательных новостей из города.

 Политическое влияние оценивается путем экспертной оценки по 5-балльной шкале, где «1» - минимальное влияние, «5» - максимальное.

 Список экспертов Второго индекса политического влияния глав крупнейших городов

•  Михаил Виноградов, президент Фонда «Петербургская политика»;
• Леонид Давыдов, председатель Комиссии Общественной палаты РФ по региональному развитию и местному самоуправлению;
• Игорь Даченков, директор Агентства массовых коммуникаций «Регион Медиа»;
• Константин Калачев, политтехнолог;
• Евгений Минченко, президент коммуникационного холдинга «Минченко Консалтинг»;
• Аксана Панова, шеф-редактор интернет-издания «Ura.ru»;
• Николай Петров, член научного совета Московского центра Карнеги;
• Андрей Полосин, политический консультант;
• Евгений Рошков, управляющий партнер компании «Кесарев Консалтинг»;
• Ростислав Туровский, директор Центра региональных исследований;
• Иван Федотов, проректор Российской Академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ.
• Экспертная группа агентства Информационного агентства REGNUM
•  Валентина Андреева, шеф-редактор REGNUM по Поволжью;
• Андрей Выползов, корреспондент REGNUM  по Калининградской области
• Ирина Синюкова, обозреватель северной редакции REGNUM

 Михаил Виноградов, президент Фонда «Петербургская политика»